ШКОЛА-ЛИЦЕЙ №8 для одаренных детей города Павлодар

 

 

Картинки по запросу instagram  Картинки по запросу фейсбук

г. Павлодар, ул. Астана, 12
8 (7182) 53-47-14

Полезная информация

Телефон доверия
8 771 425 52 33


Медицинский сотрудник (служба)
8-705-268-30-17

Уполномоченный по правам ребенка РК
Телефон 111 перейти на сайт

Численность обучающихся в лицее
901 учеников

 

  

Достижения

Международная Сатпаевская олимпиада

I место - Драганчук Антон - "Математическое направление", "Физика", 

"Математика" - Уколов Иван 

II место - "Физика" - Укибаев Ануар, Лим Владимир, Рахимжанов Динмухамед

"Химия" - Шерстобитова Ольга

III место - "Математика" - Горбатюк Святогор, Рахимжанов Динмухамед, Лим Владимир

"Информатика", "Программирование"- Гончаров Матвей

"Химия" - Колдашев Эмиль

 

Областной фестиваль робототехники "Казроботикс"

III место - "Кегельринг-квадро"- Конрат Елизавета(8Б), Никоноров Максим(8Б)

III место - "Слалом" - Васин Евгений(7В), Ахметов Арлан(7В). Педагог:Смаилов Р.А.

 

Легкоатлетическая эстафета, посвященная 9  мая

II место - Команда юношей школы

III место - Команда девушек школы

 

Робототехника

II место - "Кегельринг-квадро"- Конрат Елизавета(8Б), Никоноров Максим(8Б). Педагог:Смаилов Р.А.

 

Международная Менделеевская олимпиада

III место - "Химия" - Черданцев Владислав(8В). Педагог:Молокова И.Н.

  

Государственные символы

Галерея

Расписание
CONST_PARTNER

Картинки по запросу билим ленд логотипКартинки по запросу кунделик логотип  Картинки по запросу айтест логотип  

Новости

ДОРЕВОЛЮЦИОННОЕ ТВОРЧЕСТВО В. МАЯКОВСКОГО В КОНТЕКСТЕ РУССКОГО ФУТУРИЗМА

 

ДОРЕВОЛЮЦИОННОЕ ТВОРЧЕСТВО В. МАЯКОВСКОГО В КОНТЕКСТЕ РУССКОГО ФУТУРИЗМА

 

Ешмекова А.Ю. , ПГПИ, г. Павлодар

 

Русский футуризм – крупнейшее явление литературно-художественного авангарда начала XXвека. Он радикальным образом обозначил своё место в литературе и искусстве, и его опыт был учтён художественной культурой последующего времени.

Общеизвестно, что исходным пунктом, главным условием и средством самоутверждения футуристов была идея исчерпанности существовавшего до них искусства.Отрицание не ограничивалось классикой. Футуристы подчёркивали материальную, заземлённую сущность слова, но свою идею они тоже доводили до предела, до противоположной крайности. Они не просто возвращали слову его вещественное значение–они само слово утверждали как реальную вещь, которую можно пощупать, препарировать, видоизменить.В литературе обозначился сознательный аналог эстетики кубизма. 

Наиболее известная и радикальная, группа – кубофутуристов: В.Маяковский, братья Бурлюки, В. Хлебников, А Кручёных, В. Каменский, Е. Гуро, Е. Низен, Б. Лившиц. Самый плодотворный период в истории русского футуризма – 1910-1914 г.г., когда активно действует кубофутуристическое движение, связанное с поэтическим содружеством «Гилея» и обществом художников «Союз молодёжи». Идеи новейшего искусства они озвучивали в скандальных по названиям и сути, манифестах, альманахах, сборниках стихов, рисунков – «Садок судей» (1910), «Пощёчина общественному вкусу» (1912), «Дохлая луна» (1913), «Молоко кобылиц» (1914). Добиваясь внимания, футуристы нередко шли на эпатаж, самоутверждались скандалами, шокирующей одеждой, нигилистическим публикациями. Они призывали «речетворцев» писать на своих книгах: «прочитав, разорви!», уверяя, что у каждого дня свои проблемы и своя поэзия. То же означала публикация на дешёвой бумаге: нет смысла  использовать дорогую.

Сначала футуристы называли себя «будетляне», т.е. люди, поэты будущего.Пропагандируя «истинное искусство», они будоражили столицу и провинцию невероятной одеждой, ложкой или морковью в петлице, подушкой на шее. Так В. Маяковский был одет в яркую жёлтую блузу с чёрным бантом.

Не отрицая самую эстетическую суть поэзии – красоту, кубофутуристы были убеждены, что «Новую Грядущую Красоту» может выразить только «раскрепощённое» кубофутуристами «самоценное (самовитое) слово».Только в таком качестве слово могло стать «самоценным» и «самовитым», вплоть до перехода в разряд «зауми». При этом футуристы по-разному строили свой художественный мир, по-разному доказывали «самовитость» слова и право на «словопроизводство».  Суть этого раскрепощения сводилась к почти полному отрицанию всех законов и правил грамматики и поэтики («ненависть к существовавшему до них языку»). Красоту футуристы нередко искали в новинках инженерной мысли, в движении, в скорости. Кубофутуристы стремились уйти от психологизма классики к миру вещей, от мыслимого к зримому, от читаемого к слышимому, от былого элитарного к настоящему массовому.

Своеобразно озвучивалась В. Маяковским дажетема любви:

Послушайте!

Ведь если звёзды зажигают

значит – это кому-нибудь нужно?

Значит – кто-то хочет, чтобы они были?

Значит – кто-то называют эти плевочки

жемчужиной?..[1, с.52].

Новое содержание поэзии, новые задачи подводили к новым формам. Поэт – чтец, повелитель и выразитель чаяний толпы, поэтому футуристы часто прибегали к удобному для декламации тоническому стихосложению, к стихам «лесенкой». Классические стихотворные размеры здесь вытеснялись разговорными интонациями, живой речью.

Кубофутуризм утверждал себя в теснейшем контакте с изобразительным искусством. Именно с футуризма начинается принципиально новый этап во взаимоотношениях поэзии и живописи, разрушающий привычные связи искусств. Почти все поэты-кубофутуристы начинали с живописи и в той или иной мере владели её профессиональными секретами, утверждая приоритет живописи в выражении современности.Книги разрисовывались живописцами-футуристами. Более того, чуть позже «будетляне» начнут издавать особый вид книги, которая не печаталась в типографии, а писалась от руки. Единство рисунка и содержания книги – очень характерный признак футуристической книги.

Приёмы живописной поэтики можно проследитьв стихотворении Маяковского «Ночь»:

Багровый и белый отброшен и скомкан,

в зелёный бросали горстями дукаты,

а чёрным ладоням сбежавшихся окон

раздали горящие жёлтые карты [1, с.43].

За бравадой футуристов порой непросто увидеть серьёзность их намерений, перспективное новаторство, основательный вклад в искусство «серебряного века». Футуризм связан с формализмом в искусстве, но это не уход в сферы «чистой эстетики», напротив его представители заявляли о сознательном стремлении к «пользе». Революционные носители идеи новейшего творчества полагали, что энергия их свободного искусства оградит народ от «вредных буржуазных влияний», мобилизует его на творчество, на создание новой жизни.

Владимир Маяковский занимал самое почётное место в футуристической среде. В автобиографии «Я сам» Маяковский написал: «Я  – поэт. Этим и интересен. Об этом и пишу. Об остальном  –  только если это отстоялось словом» [1,с.23]. Поэт словно предупреждал будущих исследователей, биографов, что его подлинное жизнеописание заключается в его стихах. Всё, что остаётся за пределами творчества – неважно, не имеет значения для читателя.Маяковского футуризм привлёк пафосом отрицания и разрушения старой культуры и поисками в области нового поэтического языка.

В футуризме Владимир Маяковский с самого начала видел не столько школу, сколько лица. От футуристов поэт унаследовал прежде всего «словотворческие эксперименты», пафос будущего, в его стихах практически совсем нет прошедшего времени. Поэт  хотел «вывести искусство» на улицу, дать язык улице, которая, говоря строчкой из программной поэмы В. Маяковского «Облако в штанах» (1915), «корчится безъязыкая».

В текстах раннего Маяковского описаны три варианта отношения площадного оратора к той толпе, к которой он обращается со своим «новым словом». Первый вариант сводится к «педагогическому» предложению оратора выслушать его и научиться делать как он. Два других варианта вступает в силу уже после того, как толпа оратора выслушала, а делать как он – не пожелала.

 Дореволюционные стихотворения ярко и полно реализуют один из трёх намеченных выше поведенческих сценариев площадного оратора перед лицом толпы.С рискованного и эпатажного – но и полного важного символического значения – жеста художника-бунтаря начинается стихотворение «А вы могли бы?»: резко выплеснутая краска образует на «карте будня» пятно – новый материк, ещё не освоенный путешественниками и учёными. Краска стекает по карте – очертания материка на наших глазах меняются и расширяются, разрушая и размывая, казалось, бы навеки застывшие контуры обыденности.Как третья-четвёртая строки стихотворения «А вы могли бы?» скреплетены с первой-второй?Не только через географический образ океана, но и через гастрономический образ студня. Однако в стихотворении над едой как символом «упорядоченного» времяпровождения одержана победа: новый художник «смог» в малом, ничтожном, безнадёжно застывшем (студень) увидеть огромное, значительное, плодотворно текучее (океан). Важно наблюдение Н.И. Харджиева: «24 февраля 1913 г. на диспуте о современном искусстве, устроенном обществом художников «Бубновый валет», Маяковский назвал это общество «кучкой, размазывающей слюни по студню искусств» [2, с.196].

В финальных строках стихотворения «А вы могли бы?» Маяковский, используя каламбурно-метафорический приём (трубы-флейты), демонстрирует читателю впечатляющие итоги и следствия своей деятельности по превращению обыденности в высокое искусство: он вырастает в гиганта, способного, как на флейте, сыграть ноктюрн на водосточной трубе.

Маяковский на эстраде, в отличие от поэтов-футуристов, был громогласен и эффектен. И в стихах он буквально эксплуатировал свою внешность.  Он стихикроил себе по росту и себя внутреннего формировал по своему (внешнему) образу и подобию:

Мир огромив мощью голоса,

иду – красивый,

двадцатидвухлетний[3, с.5]

Сила и бесссилие. Пафос – и трагизм. Две крайние черты, две сущности раннего Маяковского. Их равноправие и нерасторжимость многократно закрепляются в едином образе – формуле героя:

Знаете что, скрипка!

Мы ужасно похожи:

я вот тоже

ору –

а доказать ничего не умею[1, с.57].

Герой Маяковского заявлен во множестве контрастных, не соединимых качеств, совместить которые в нашем восприятии может лишь понятие:  безмерность. Он нежнее нежных и грубее грубых, чище чистых и грешнее грешных. При «вселенскости» замаха он непоправимо одинок. Лирический герой его произведений презирает законы и традиционные нормы поведения, но он страдает от несовершенства жизни, от разобщения людей.

Путь Маяковского особый, но, может быть, именно в нём  – по-своему, крупным планом – проявилась общая тенденция и перспектива футуристического творчества. Маяковскому было близко искусство с экспрессионистическим уклоном, самовыражение трагической личности в условиях хаотического мира.

В сравнении с Маяковским футуризм слишком незначительное и преходящее явление. Творчество поэта даже в период близости к футуризму основной своей направленностью отрицало принципы, провозглашённые этим течением. Талант поэта стремительно обретал самостоятельность. Эксперименты над словом не стали для него самоцелью, а расценивались как средство повышения выразительности стиха.  Поэт писал: «Нам слово нужно для жизни. Мы не признаём бесполезного искусства» [Цит. по:4].Это явно противоречит принципу «самовитого» слова, слова «вне быта и жизненных польз». Футуризм Маяковского не ограничен созиданием форм. Кроме стремления овладеть мастерством, он включал в себя и атеизм, и интернационализм, и антибуржуазность, и революционность. Несмотря на некоторую затемнённость поэтической мысли, уже трагедия «Владимир Маяковский», а особенно последовавшие за ней поэмы «Облако в штанах», «Флейта-позвоночник», «Война и мир», «Человек» открывали совершенно новую страницу в истории русской литературы. 

Литература

1.     Маяковский В.В. Сочинение в двух томах. – М.: Правда, 1987. – Т.1. – 768 с.

2.     Харджиев Н.И., Тренин В.В. Поэтическая культура Маяковского – М.: Искусство, 1970. –200 с.

3.     Маяковский В.В. Сочинение в двух томах. – М.: Правда, 1988. – Т.2. – 768 с.

 

4.      Владимир Маяковский – проза, статьи, стенограммы. [Электронный ресурс]. Режим доступа:  http://vlmayakovsky.narod.ru/ma_pr/ma_pr_      1915.html